Турция испытала и без того тяжёлую внешнеполитическую повестку дня в 2019 году, и 2020 год не предвещает ничего хорошего.
Сирийские беженцы, бегущие от боевых действий в провинции Идлиб к турецкой границе, вероятно, будут вопросом номер один в Турции большую часть года. Большинство беженцев в настоящее время находятся на сирийской стороне границы, и Турция делает всё возможное, чтобы оказать им гуманитарную помощь. Именно это республика должна была делать в течение 10 лет, с начала сирийского кризиса. Она могла бы способствовать созданию лагерей беженцев на сирийской стороне границы в сотрудничестве с международным сообществом. Это позволило бы сэкономить более 40 млрд долларов, потраченных Турцией на беженцев, и Турция не стала бы магистралью для террористов-джихадистов-салафитов.
Вторым важным вопросом, который, вероятно, будет доминировать во внешней политике Турции в 2020 году, станет её военная помощь Правительству национального согласия (ПНС) в ливийской столице Триполи. В зависимости от позиции основных игроков в Ливии — Турции, России, Египта, Объединённых Арабских Эмиратов, Саудовской Аравии, Франции, Италии и США — решение Турции о вводе войск в Ливию может доминировать в повестке дня международного сообщества на большую часть 2020 года и, возможно, на многие годы вперёд. Ливийская война может стать такой же острой, как и сирийский кризис, если не более того. Нефтяные запасы Ливии могут стать более привлекательным яблоком раздора среди этих акторов. Опосредованные войны, проводимые с иностранными легионами, могут привести к ещё большему разрушению ливийского народа.
Турецкое правительство планировало получить одобрение парламента на отправку войск в Ливию 8 января, но из-за растущей угрозы генерала Халифы Хафтара правительству Триполи, оно сочло, что этот вопрос стал неотложным, и созвало внеочередную сессию парламента, получив одобрение 2-го января. Вероятно, это делается для того, чтобы предотвратить другие события, которые усложнили бы задачу Турции в Ливии.
Военное присутствие Турции в Ливии, вероятно, столкнётся с более серьёзными вызовами, чем в Сирии. В Ливии линии снабжения длинные и их труднее защитить, чем в Сирии, которая граничит с Турцией. Положение республики как соседней с Сирией страны следует сравнить с положением Египта как соседней с Ливией страны. Президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси уже чётко обозначил позицию своей страны по этому вопросу, заявив, что ливийский кризис должен быть решён всеобъемлющим и комплексным образом.
Третьим важным внешнеполитическим вопросом для Анкары в 2020 году станет отношение Конгресса США к Турции. Давление может продолжиться и после того, как Соединённые Штаты потеряли надежду на то, что Турция может отказаться от размещения российских зенитных комплексов С-400. Ряд санкций уже одобрен обеими палатами Конгресса США. Никто не может предсказать, что президент США Дональд Трамп, вовлечённый в процесс импичмента, мог бы сделать, чтобы помочь своему хорошему другу Эрдогану.
Тем не менее, в администрации США растёт понимание того, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган оказался более крепким орешком, чем многие ожидали. То ли из-за этого осознания, то ли из-за указаний Белого дома администрация использует в своих отношениях с Турцией более примирительный нарратив и подчёркивает, что отношения с Турцией имеют много аспектов, важных для интересов США и НАТО.
Это предсказуемые основные вопросы на 2020 год, но чрезвычайно динамичная внешнеполитическая повестка Турции вполне может породить другие проблемы в течение года. |
