Ещё не стихли разговоры о том, что покупка Анкарой российских систем С-400 может привести к выходу Турции из НАТО, как речь зашла о том, что весь интеграционный процесс сближения Турции и ЕС может быть отброшен назад.
По большому счёту он и так двигался ни шатко ни валко, а порой и вовсе прекращался на фоне взаимных упрёков.
Но вот теперь, когда введение санкций стало самой модной практикой ведения международной политики, отношения Брюсселя и Анкары грозят совсем испортиться.
Решение совета Евросоюза ввести санкции в отношении Турции за её поиски нефти в исключительной экономической зоне (ИЭЗ) Кипра не смутило Анкару.
Сокращение финансовой поддержки Турции со стороны ЕС и заморозка переговоров о воздушных перевозках, похоже, совершенно не беспокоят турецкое руководство.
Более того, практика показывает, что санкции уже не воспринимаются странами, как наказание, а расцениваются в лучшем случае, как издержки, а порой и просто, как цена решения того или иного вопроса.
Вот и Анкара, в ответ на решение Брюсселя заявила, что продолжит работы в той части Средиземного моря, которую все, кроме самой Турции, считают ИЭЗ Кипра.
В турецком МИД сообщили, что буровые установки "Фатих" и "Явуз" действуют, руководствуясь разрешительными документами полученными от властей Турецкой республики Северного Кипра, которую, как сказано выше, никто кроме самой Турции не признаёт вот уже 45 лет.
В российском МИД, кстати, введение Европой санкций в отношении Турции не поддержали, хотя и оговорились, что это не означает поддержки действий Анкары. Позиция Москвы сводится к тому, что механизмы санкционных воздействий не только неэффективны, но и уводят решение проблемы из дипломатической плоскости, делая ситуацию загнанной в угол.
Проблема кипрского урегулирования сама по себе чрезвычайно сложна в разрешении, а наслаивание на неё дополнительного санкционного налёта лишь усложняет ситуацию.
Стоит заметить, что и покупка Турцией у России ЗРК С-400 тоже может вскоре получить санкционное “оправдание”. США угрожают сделать это чуть ли не в ближайшие дни. Характер санкций не разглашается, но уже сейчас ясно, что на позицию Анкары в вопросе укрепления своей обороноспособности они не повлияют.
Более того, санкции зачастую получают двойственное восприятие. С одной стороны, они делают бессмысленным дальнейшее дипломатическое давление на страну, так как переводят отношения с ней на уровень санкционного противостояния и возврат к дипломатии становится возможет только при их отмене.
Возникает порочный круг. Отмена санкций становится невозможной в связи с тем, что никуда не исчезает причина, по которой они были введены, а устранение этой причины дипломатическим путём блокируется самим фактом наличия санкций.
С другой стороны, внутри страны, подвергающейся санкционному давлению, восприятие этого механизма крайне негативно. Так, к примеру, в самой Турции геологоразведка на шельфе в Восточном Средиземноморье рассматривается как вполне законная деятельность, а потому вводимые ЕС санкции получат оценку исключительно как односторонние и враждебные по отношению к Анкаре.
Это ещё раз доказывает, что механизм санкционного воздействия не является способом решения проблем, а выступает лишь попранием международной дипломатической практики и нарушением установленного порядка в мировой торговле и отношениях между странами.
